НЕИСПОВЕДИМЫЕ ПУТИ СУДЬБЫ
23.02.2019 23:03

Моя собеседница – Сара-апа Умарова, заслуженная артистка Каракалпакстана, известная танцовщица и наставница молодежи 1960-80-х годов.

Она со своим спутником по жизни, известным театральным режиссером народным артистом Каракалпакстана, заслуженным артистом Узбекистана, лауреатом Государственной премии имени Бердаха Рейимбай-ага Торениязовым представляют одну из именитых и счастливых театральных семей.

 

Корреспондент: В далекие 60-е годы в каракалпакских аулах рассказывали: вот недавно к нам приехали артисты из Нукуса, там была одна женщина, которая танцевала змею…Ваш необычный танец надолго запомнился людям, что о нем до сих пор рассказывают люди старшего поколения. Сара-апа, как Вы, уйгурка из Китая, оказались в нашем Нукусе?

– Это очень долгая история.

Корреспондент: Вот и послушаем.

– Я родилась в Синцзяно-Уйгурском автономном районе КНР. По-простому мы свой край называем Шынжан. Наш город Урумчи был многонациональным городом - центр торговли, ремесел, искусства. Не окончив среднюю школу, я в двенадцать лет поступила в училище искусств, потом продолжила свое образование в Институте национальностей. И в 1955 году окончила отделение хореографии факультета литературы и искусства. Работала в Уйгурском ансамбле песни и пляски. В 1960 году переехали в Узбекистан. И с 1961 года я начала работать в прославленном ансамбле танца «Бахор», которым руководила великая Мукаррама-апа Тургунбаева.

Корреспондент: И, как и где Ваши пути пересеклись с нашим земляком Рейимбай-ага Торениязовым?

– В то время на режиссерском факультете Ташкентского театрального института учились мои земляки, парни из Урумчи, которых я знала с училища искусств. Услышав о нашем приезде, они приехали к нам в гости, вот они и привели в наш дом Рейимбая, с которым они вместе учились. Он был тогда очень скромным парнем с честными глазами –судьба, видимо, вот приглянулись друг другу. И моя мама одобрила мой выбор. Так в 1963 году – он заканчивал свою учебу – мы поженились в Ташкенте, и осенью приехали в Нукус. Сначала снимали комнату, потом в 1965 году получили трехкомнатную квартиру в Черемушках, где прожили целых 25 лет, где и родились и выросли наши дочери - Сарбиназ и Гульназ. С 1990 года живем в 23 микрорайоне.

Корреспондент: Как сложилась ваша творческая судьба в Каракалпакстане?

– С октября 1963 года работала танцовщицей в балетной группе Каракалпакского государственного театра музыкальной драмы. Участвовала во многих спектаклях, поставленных нашими режиссерами: «Гарип ашык», «Насильно мил не будешь», «Сорок девушек», «Бердах»… Большей частью в танцевальных сценах, иногда в небольших ролях. Мой танец змеи я сыграла в спектакле «Сорок девушек» по известному каракалпакскому эпосу – я танцую перед Суртайшой. Как помню, этот спектакль у нас ставил наш тогдашний главный режиссер Гаврила Данилович Абдулов.

Так в театре музыкальной драмы работала до 1983 года, когда вышла на пенсию. Получается, что протанцевала на сцене около тридцати лет, до своих сорока шести лет. Сначала в Урумчи, потом в Ташкенте, и здесь в Нукусе… За эти годы, помимо своей основной работы в театре, обучала девочек искусству танца в Доме школьников, в Доме культуры. Всегда работала с увлечением, потому что считала, что любимая работа дает счастье жить полноценной жизнью.

Корреспондент: Ваши первые впечатления на каракалпакской земле? Как Вы восприняли новую для Вас жизненную среду?

– Запомнились мои первые выезды на гастроли на каракалпакской земле. После начала работы в театре, через неделю, это было осенью, поехали в Кунградский район – и я там впервые увидела белые хлопковые поля. Тогдашнее мое душевное состояние словами не описать – я раньше не видела такого чуда… Потом в следующем году была поездка в Муйнак, катались на катере в Аральском море, и там же отведали настоящую рыбацкую уху… Конечно, жаль, что мои внуки уже этого чуда не увидят.

Везде нас добродушно встречали. Я нигде не видела такого радушия и широты души в приеме гостей, воистину, каракалпаки гостя почитают наравне с отцом, как говорится в пословице. Я отведала хлеб и соль во многих каракалпакских аулах – такое не забывается. Я преклоняюсь перед каракалпакскими женщинами, которые, вернувшись с хлопкового поля, на очагах сооружали казаны и готовили нам бешбармак…

Корреспондент: Будучи истинной труженицей сцены, Вы поработали со многими нашими знаменитостями… С каким чувством вы вспоминаете годы работы с ними?

-Танец это удивительное искусство, понятное представителям всех народов и языков.

В годы работы в ансамбле танца «Бахор» побывала во всех республиках бывшего союза, кроме Кыргызстана, правда. Баку, Тбилиси, Алматы – красивейшие города…

Здесь в Нукусе я тоже попала в хороший, творческий коллектив.

Тем танцам, которые игрались в спектаклях, меня научила Римма-апа Адикова, народная артистка Каракалпакстана.

Каждый час работы или простой беседы с такими людьми, как Аимхан Шамуратова, Гулхан Ширазиева, Сапаргул Ауезова, Юлдаш Шарипов, Соня Карабаева, Саадат Юсупова, Юлдаш Мамутов, Сулу Алламуратова, Оразгул Даулетова, Оразбай Умиткулов, Жолдасбай Сейткасымов, давали мне очень многое в человеческом и профессиональном отношениях.

Они меня многому нужному и доброму научили: местным обычаям и тонкостям здешних человеческих взаимоотношений, начиная с того, что на гастролях меня сажали у дверей как сноху, я поливала им в руки, и они меня благословляли, чтобы мы с мужем вместе состарились… Вот их молитвами мы с Рейимбаем уже сорок пять лет вместе, на свою жизнь не жалуемся, слава Богу, все у нас благополучно.

Они рассказывали разные жизненные истории, я слушала и впитывала, много поучительного было в их рассказах.

Корреспондент: Вы никогда не жалели о сделанном Вами жизненном выборе – сначала покинув дорогой Вашему сердцу Шынжан, а потом и такую прекрасную столицу – Ташкент… Вы потом возобновили свои связи с первой родиной?

– Я с детства была воспитана так, с таким понятием, что не следует прекословить Судьбе. Если твоя судьба так сложилась, следует верить, что так должно быть. Как говорится в каракалпакской пословице: «Тас түскен жерине аўыр» – «Камень должен устоять там, куда упала».

Наш отец был потомственным купцом, из города в город возил товары, торговал – Кулжа, Кашкар, Урумчи… Он умер, когда мне было пять лет, нас, пятерых сыновей и двух дочерей мать одна подняла.

Конечно же, после переезда, нелегко было освоиться и приспосабливаться к другому образу жизни и культурным традициям.

Наша уйгурская письменность в Шынжане на арабской графике.

Приехав в Узбекистан и начав работать в «Бахоре», я за месяц научилась говорить по-ташкентскому, благо, наши языки самые близкие. Но с кириллицей и русским языком у меня были проблемы. Наш ансамбль был многонациональный, и девушки между собой большей частью говорили на русском. И Мукаррама-апа проводила репетиции на русском языке. Например, она говорила на русском: «Давай, делай еще раз». Я не понимала и переспрашивала у девушек, и они мне объясняли.

Новый для меня алфавит и другой язык я постигала в долгие месяцы гастролей по Союзу. Это происходило так: для ансамбля нанимали специальный вагон, который от поезда к поезду прицепляли. Например, вечером дали концерт, поужинали, пришли в свой вагон и легли спать, а утром просыпались в другом городе – так было интересно. Вот на этих проездах между городами, я у своих подружек брала уроки русского языка. Потом в Нукусе, вместе с дочерьми, они учились в русских классах, продолжила свое изучение русского языка.

Был такой анекдотический случай. В Казани почему-то одна вышла погулять, иду сама по себе, и улица наткнулась на большой гастроном. Дай, говорю, зайду для интереса. И внутри магазина, на полке увидела вишневого варенья – захотелось полакомиться. Смотрю на цену, цифры знаю – 91 копейка. Вижу, что и кассирша, и продавщица русские – не знаю, как эту цену сказать по-русски. Там надо было сначала в кассе чек пробить, потом подойти к продавщице. Тогда я выпалила кассирше: «девять-десять-один-копеек». Она поняла и переспросила: «Девяносто одна копейка?» Так я в гостиницу вернулась с гостинцем и со смехом рассказывала девушкам про свое приключение. Они тоже долго смеялись и говорили: «Совершенно не зная русского языка, сумела сделать покупку – ты не пропадешь».

В 1992 году, когда открылись границы с Китаем для нормальных взаимоотношений, я съездила в Урумчи к своим старшим братьям.

Конечно, и там жизнь изменилась, и в лучшую сторону, что радостно. Когда я уезжала, жизнь там была довольно-таки трудная, продукты питания отпускались по талонам. Через тридцать лет мой родной город было не узнать – мои земляки очень трудолюбивые и талантливые люди, город стал зажиточным, красивым.

Корреспондент: Нашим читателям будет интересно побольше узнать о Вашей семье…

– Ну, этого юношу с седой головой Вы знаете – народный артист Рейимбай Торениязов, который в далеком шестдесять третьем году покорил мое девичье сердце. На своем восьмом десятке лет он еще бодр и энергичен. Каждый день утром совершает пробежку по парку. И все еще плодотворно работает.

Мы с ним вот уже сорок пять лет вместе. Вырастили двух дочерей, оба учились в Ташкенте и там остались жить. Сарбиназ по специальности театровед, Гульназ – искусствовед, словом, продолжили традиции нашей театральной семьи. Они одарили нас четырмя внуками.

Вспоминается такой случай. Однажды, когда возобновляли спектакль «Сорок девушек», оказалось, что нет партнера для моего танца змеи. Там в ходе танца балеро поднимает меня на руки – и я на его руках извиваюсь. Моего прежнего партнера не нашли. Другого богатыря, кто отважился бы ходить по сцене с женщиной, танцующей на его руках, не было. И постановщик склонился к мысли вообще снять этот номер со спектакля. Тогда Рейимбай, он был сорежиссером, встал и говорит: «Свою жену сам буду носить на руках». И, вправду, на том спектакле он был моим партнером по танцу змеи. Мой старик – мал да удалец.

Если у женщины «ноги легкие, а рот тяжел», как говорится в нашей уйгурской пословице, она в любом месте пустит корни и дает начало новой жизни.

Я от своей жизни и работы на каракалпакской земле, могу сказать, всегда получала огромное удовольствие. Каких-то трудностей не встречала. Если и были какие-то проблемы, то всегда приходили на помощь наши старшие коллеги. Сапаргул-апа Ауезова и другие наши учителя говорили: пусть Рейимбай вырос сиротой, но теперь вы уже полноценная семья, вы честно делаете свою благородную работу, живите с высоко поднятой головой.

Если человека есть цель и стремление, есть разум, чтобы вести себя по жизни, есть терпение и способность довольствоваться разумным, то все у него получится, и он никогда не будет знать беды. Надо жить с чистыми помыслами и честным отношением ко всем, никогда никому не делая зла и учась у людей только добру и справедливости.

Я до земли поклоняюсь каракалпакской земле, что она дала мне счастья в профессии и семейной жизни.

Я полюбила этого чистосердечного, открытого, великодушного народа.

Узбекистан и Каракалпакстан стали моей второй родиной.

Здесь оценили мое искусство, дали мне возможность жить полноценной профессиональной жизнью.

Словом, я на этой земле видела только хорошее.

 

Беседовал Сагынбай Ибрагимов.

 

Опубликовано в газете «Вести Каракалпакстана», 24 мая 2008 г.

 

P.S. Сара-апа Умарова и Рейимбай-ага Торениязов ушли из жизни в 2016 году.

 

Add comment


Security code
Refresh