ДЫХАНИЕ ПРОВИДЕНИЯ

Я верю, что есть некая высшая сила надо мной: она открывала передо мною дороги и вела по жизни. Она давала определенные знаки, опознав которые, мне хочется думать, я делал верные шаги в своем жизненном пути. Были ли моменты, когда я оказывался слепым и глухим к этим намекам – не знаю… Вернее, боюсь думать об этом. Тогда надо будет вести счет своим огрехам, ошибкам и проигрышам. Не хочу этого. Не склонен человек к такому роду занятий.

Эта сила спасала меня в самых невероятных обстоятельствах: оберегала мою жизнь и честь; выводила из глубин отчаяния и унижения, когда у человека другого пути, кроме как лезть в петлю, не остается.

Эта сила наказывала тех, кто хотел поиграть с моим человеческим достоинством.

Она спасала меня от колес сумасбродов, когда они, чуть ли не задевая, прокатывались мимо меня.

Она отвратила меня от неверных шагов, отвлекая меня чем-то другим, какой-то заминкой, и потом выяснялось, если б я пошел туда, ввязался бы в неблаговидные дела и не уберегся бы от позора.

И я знаю: когда что-то у тебя не получается, или случилось какое-то препятствие, не надо отчаиваться.

Провидение такими встрясками дает тебе шанс победить свою сонливость, лень и апатию, поднимает для решительного броска за своей удачей.

Если перед тобой мост проломился - надо реку перейти в другом месте.

Я не намерен какие-то удачные шаги в своей жизни приписывать интуиции, или еще чему-либо. И человеческая интуиция, может быть, всего лишь благоволение этой силы. Знаю, что есть люди с феноменальными способностями. Но я не из их числа.

Я веду речь о своих простых ощущениях.

Много раз так бывало: если случались денежные затруднения, то с неожиданной стороны приходили деньги. Или если какая-то книга была позарез нужна мне (пятый том Бартольда): без информации из этой книги какой-то мой вывод оказался бы неверным, - я самым неожиданным образом находил ту книгу.

И я могу сказать, что, когда начал осознавать природу моих удач и неудач, то ощутил дыхание Провидения в своей судьбе. Это была его силой. Я тщетно пытался понять, за что же мне оказываются такие милости, но не преуспел в этом своем старании. Но не переставал размышлять над этим… Так и живу с этой загадкой в себе.

Вероятно, иначе и быть не может. Если б человек знал все о себе, о своей судьбе, если б он самым прямым путем мог достичь всего того, чего пожелает его душа … я не знаю, что мы стали бы творить.

Но я не перестаю надеяться, что какие-то сигналы можно уловить и поступить правильно, хотя бы в некоторых случаях. Такое слабое человеческое утешение. То внутренний голос что-то подсказывает, то какое-то смутное физическое ощущение…

Мне представляется, что Провидение в нашей жизни проявляет волю неведомых и неподвластных нам высших сфер мироздания.

Не будучи способен разгадать законы действия этой силы, я пришел к такому простому выводу: раз эта сила спасает меня от вреда и злонамерений других, и я должен соответствовать этой логике - не совершать зла в отношении другого. Я думаю, что не может быть другого завета между человеком и Всевышним. Только на этом пути я могу и в дальнейшем надеяться на благоволение и опеку высшей силы, спасающей меня от внешних опасностей и от горьких плодов своих неверных шагов…

Всплывает в памяти такой случай из далеких лет. Мне было шестнадцать лет. Однажды летним вечером ко мне пришел мой друг Муратбай, который после восьмого класса забросил школу и стал трактористом в совхозе. В тот день он работал поблизости на хлопковом поле и пришел отдохнуть с бутылкой крепленного вина в кармане. Втихаря выпили и вышли из дома. На свежем воздухе, когда алкоголь ударил в голову, мне захотелось править его трехколесной конягой. Муратбай тоже не отличался разумным поведением и действиями. Завел свой трактор, сразу поставил на шестую скорость и передал мне руль. Сам сел рядом. Я помню только, как снял ногу с педаля, трактор рванулся вперед с бешеной скоростью… Не успел глазом моргнуть, уже оказались на развилке у большой дороги. Теперь надо развернуться на большак, а там на правой стороне было старое русло арыка. Моя руль туда поворачивается. Муратбай, увидев, что я растерялся, сразу пришел в себя, и, бросившись грудью на руль, успел сбросить скорость и нажать на тормоза.

Трехколесный трактор встал в наклонном положении, опустившись правым колесом во впадину старого арыка. Все это произошло в течение нескольких секунд. Если б Муратбай вовремя не очухался и не успел тормознуть, мы оказались бы под многотонной грудой железного коня.

Вообще, у меня были нелады с транспортными средствами и электричеством.

В те же годы, я помню, в Муйнаке, с друзьями моего двоюродного брата, мчались по узкой единственной улице городка на маленьком грузовике одного из них; мы шестеро оболтусов сидели на кузове, гигикая и хохоча, а в любое время могли кого-то задавить или удариться об столб…

Впоследствии этот парень-лихач разбился на другой машине на большой дороге…

Другая картина в том же Муйнаке стоит перед глазами: ведя мотоцикл с коляской, задумался и ушел в свои мысли, а пришел в себя от резкого сигнала – оставались считанные метры, чтобы оказаться мне под колесами МТЗ с тележкой, чудом успел повернуть руль в сторону…

Уже после этого случая я больше не нарывался водить транспортные средства. Я понял, что не для меня это удовольствие.

Когда вспоминаю такие случаи, когда моя жизнь была на волоске от гибели, прямо-таки душа уходит в пятки. Каким безрассудным и бестолковым я бывал…

И моя доброта, ненужное, как потом я понял, порождение моей слабохарактерности и мягкотелости, не раз могла привести меня к нежелательным последствиям.

Однажды, когда мы жили в 21-ом микрорайоне, пришла соседка, что, мол, у нее свет погас, не мог бы я посмотреть ее линию в щитке. С раздолбанной панели электрощита на этаже уходили четыре линии в наши квартиры. За долгие годы их не раз кромсали за неуплату, хозяева сами подсоединялись, словом, все провода были в кусках и держались на честном слове. Я хорошо знал лишь свою линию. И когда я на сумеречной лестничной площадке второго этажа (время шло к вечеру) начал отверткой раздвигать болтающуюся крышку щитка, видимо, где-то оголенные провода замкнуло, вдруг вспыхнула искра с грохотом и отвертка вылетела из рук. Когда я поднял свою отвертку, то увидел, что железо почти до середины расплавилось.

От меня могла остаться лишь груда пепла.

С тех пор не лезу в электрические щиты и не берусь за такие технические дела, в которых ничего не понимаю.

Любое из этих и других событий могло унести мою жизнь – это очевидная правда. Но во всех случаях Господь сохранил меня. Может быть, ради моих детей. Ради моего дела. Я не знаю и не могу знать волю Всевышнего.

Но не перестаю Его благодарить.

И в те моменты, когда никакой надежды на другой исход дела не было и я шел на сделку со своей совестью, эта великая сила проявляла свою несгибаемую волю и решимость.

В недавнем прошлом я пришел к директору издательства со своим переводом на каракалпакский язык книги назидательных рассказов Гулистан великого персидского поэта Муслихиддина Саади.

Это были последние годы плановой экономики и на бюджетные деньги кое-какие книги для внеклассного чтения издавались. Но какую книгу следует издать, этот вопрос решал он сам.

Я знал, что там рукописи академиков лежали без движения.

Я долгие месяцы корпел над своим трудом. Хотелось это великое произведение донести до моего народа.

Директор был знакомым человеком, лет на десять старше меня, когда-то работали в одной организации и вместе водку выпивали.

Он сказал, что берет себе половину гонорара за книгу. У меня другого пути, как согласиться, не было.

И в течение месяца рукопись была запущена в производство: включена в график, подготовлена обложка, проведена техредактура и сдана в набор. Пришла первая корректура. Теперь очередь за сверкой, потом пойдет в печать – остается недельная работа до выхода книги. С приближением этого дня, меня начала мучить совесть, что, я таким нечестным путем издаю книгу святого человека. Мне казалось, что, вступив в такой скользкий путь, я увеличиваю количества зла на земле…

Когда читалась сверка книги, тот крепкий, с дюжинным здоровьем, пятидесятилетний директор внезапно скончался от остановки сердца…

Рассказывая о таких случаях, великий Бердах говорил: «Эти события были уготовлены волею Бога…» («Бул ислерди Куда кылды…»)

Механизм и природа этого явления мне остается неведомым.

«Кому обращено мое благословение – тому расцвести, а кого я проклял – тому как пепел рассыпаться по ветру», говорил великий Мактымкулы.

Много людских судеб прошло перед моими глазами.

Провидение совершало невероятные метаморфозы с ними.

Много раз последние становились первыми, а первые – последними.

Но, наблюдая жизнь людей вокруг себя, я никак не могу вывести единую закономерность деятельности Провидения среди смертных. Да, кому-то в одно время было хорошо, а теперь плохо, или кому-то наконец-то судьба улыбнулась. Но есть и такие, чья жизнь одна сплошная вереница неудач и несчастий…

В любом случае, я думаю, все мы ходим под Богом.

И тот, у кого сегодня все благополучно, должен понимать, что покровительством какой непредсказуемой и опасной силы он пользуется.

Когда Бог сотворил мир, Он увидел, что он прекрасен. Он остался доволен своей работой.

И Он, чтобы мы ненароком, по неведению, не заляпали грязью созданную им гармонию, ведет нас по верному пути: и нам стоит лишь прислушаться к своему сердцу, чтобы почувствовать дыхание Провидения в своей судьбе.

Он, одаривает этим благоволением, жалея нас: потому что, оступившись, мы заслуживаем наказания – Ему больно нас наказывать…

 

Add comment


Security code
Refresh